Айвазовский Иван Константинович

Сайт о жизни и творчестве художника

 
   
 
Главная > Книги > Иван Константинович Айвазовский > На родине. Труд и вдохновение

На родине. Труд и вдохновение. Страница 1

1-2

В Феодосии жизнь Айвазовского проходила в трудовой обстановке. Огромная зрительная память и неиссякаемое воображение, легкость, с какой он воплощал свои творческие замыслы, делали труд его радостным и плодотворным. Литератор В. Кривенко, гостивший у художника, записал свои впечатления: «В наш приезд в галерее работал Иван Константинович над большим полотном. В широком живописном халате, с палитрой и кистью в руках, с молодыми блестящими глазами, устремленными на оживающее полотно, художник был положительно эффектен. По легкости, видимой непринужденности, по довольному выражению лица (во время работы) можно было смело сказать, что такой труд — истинное наслаждение».

Обычно, если картина была небольшая, Айвазовский писал ее в течение одного — двух дней. Если это была картина средних размеров, до двух метров, то он работал над нею около недели, то есть до тех пор, пока краска не начинала высыхать на холсте. И только над картинами, написанными в усложненной технике, и над большими произведениями он работал более длительное время.

Художник всегда находился в счастливом творческом состоянии; он был твердо убежден, что самая лучшая его картина это та, над которой он сейчас работает. Мы не раз встречаем в письмах Айвазовского сообщения о начатых картинах и утверждения, что это будет самая лучшая его картина. Он был не только увлечен своим творчеством, он был полностью поглощен им, и это наполняло его жизнь. Свобода, с какой художник умел воплощать свои живописные замыслы, сообщала его мастерству черты моцартовской легкости и свежести. Особенно ярко проявились эти черты в небольших картинах; их художник создавал, импровизируя, без каких-либо предварительных рисунков, сделанных с натуры.

Чтобы изобразить море в движении, передать накат волн, их прозрачность, надо было глубоко познать характер и закономерность их движения в различных условиях: в открытом море, у скалистых берегов или песчаных отмелей. Художник постоянно наблюдал море, он почти никогда не рисовал с натуры взволнованное море, полагая, что «движения живых стихий неуловимы для кисти: писать молнию, порыв ветра, всплеск волны — немыслимо с натуры. Для этого-то художник и должен запоминать их и этими случайностями, равно как и эффектами света и теней, обставлять свою картину».

Даже одна из наиболее прославленных картин Айвазовского «Девятый вал» (1850) полностью написана по наблюдениям, по воображению. Несмотря на это, она является одним из самых впечатляющих произведений русской пейзажной живописи.

На картине изображено раннее утро после бурной ночи. Первые лучи солнца осветили бушующий океан и громадную волну — «девятый вал», готовую обрушиться на группу людей, ищущих спасения на обломках мачт погибшего корабля.

При первом же взгляде на полотно становится очевидным, какая страшная гроза прошла ночью, какое бедствие терпел экипаж корабля, как гибли моряки. Тем острее воспринимается наступившее прояснение, яркий блеск утренней зари, живительный свет и тепло солнца, вселяющие уверенность в победном исходе борьбы.

Айвазовский нашел точные средства для изображения величия, мощи и красоты морской стихии. Несмотря на драматизм сюжета, картина не оставляет мрачного впечатления. Наоборот, она полна света и воздуха и вся пронизана лучами солнца, сообщающими ей оптимистический характер. Этому в значительной степени способствует колористический строй картины. Яркая, красочная гамма звучит радостным гимном мужеству людей, побеждающих слепые силы страшной, но прекрасной в своем грозном величии стихии.

Мажорный цветовой строй картины, включающий в себя все самые яркие краски палитры, звучит как победный финал пятой симфонии Бетховена.

Картине «Девятый вал» больше ста лет, но в огромном зале Ленинградского Русского музея она выглядит так, будто только сейчас снята с мольберта — настолько свежи и чисты ее краски. В этом также обнаружилась одна из черт высокого живописного мастерства Айвазовского.

В 1848 году Айвазовский написал парные батальные картины — «Чесменский бой» и «Наваринский бой». В них проявилась способность художника изображать морские сражения так, что его картины стали неотъемлемым дополнением к историческим документам. Морские сражения парусных кораблей он писал не только со знанием конструкций кораблей, но я всех деталей оснастки и вооружения. Их он изучил во время участия в маневрах Балтийского флота в 1836 году, во время плавания с M. Лазаревым y Кавказских берегов в 1839 году, Плавания с адмиралом Ф. Литке в Греческом архипелаге в 1845 году и при многих посещениях военных кораблей как в Петербурге, так и в Севастополе.

Когда в 1853 году по Крыму прошла молва о Синопском бое, Айвазовский оставил свои занятия и сейчас же выехал в Севастополь, куда вернулись суда Черноморского флота. Здесь художник расспрашивал о всех деталях боя, о расположении кораблей; он узнал, как Нахимов, обнаружив турецкий флот в Синопской бухте, под обстрелом турецких береговых кораблей ввел свои корабли в бухту, а затем пошел на сближение с вражеским флотом и завязал с ним бой «на самой близкой дистанции». Живописец услышал об особо отличившихся в сражении кораблях и потерях личного состава, о том, как велся огонь и по турецким береговым батареям и по неприятельским кораблям. Айвазовский узнал о том, что во время боя Нахимов приказал передать благодарность особенно отличившемуся кораблю «Париж», но выполнить его распоряжение не смогли, так как «а его флагманском корабле все фалы (снасти) были перебиты вражеским огнем и не на чем было поднять сигнал. Собрав необходимые сведения, художник вернулся в Феодосию и приступил к работе над двумя большими картинами, изображающими «Синопский бой днем» — начало сражения, и «Синопский бой ночью» — конец боя, разгромленный турецкий флот и город в огне.

Вскоре эти полотна и несколько небольших картин, показывающих отдельные боевые эпизоды, были написаны Айвазовским. Он изобразил первый в истории бой паровых кораблей в 1853 году — русского корабля «Владимир» и турецкого «Первас-Бахри»; тогда в результате боя турецкий корабль был захвачен и приведен в Севастополь. Свои работы живописец повез на суд участников этих сражений и, открыв выставку своих произведений, целые дни проводил на ней, прислушиваясь к разговорам посетителей. Адмирал Нахимов, посетивший выставку, лестно отозвался о картинах.

Мичман Иванов, участник Синопского сражения, сообщил в письме к своим родным об этой выставке следующее: «Сегодня второй день, как Айвазовский открыл выставку своих картин: двух видов Синопской битвы, двух видов битв «Первас-Бахри» с «Владимиром» и пятый — вход «Владимира» с «Первас-Бахри» на буксире под парами в Севастополь. Перед этими картинами постоянно куча народа... Первая картина представляет — днем начало (Синопского. — Н.Б.) сражения. Некоторые суда неприятельские только начали гореть, другие выброшены и, наконец, один фрегат взорван. «Картина чрезвычайно верно сделана» — это сказал Нахимов, герой Синопа.

Вторая представляет пожар в городе и судов на рейде, ночью. Эта картина так поражает, что трудно оторваться от нее...».

Позднее Айвазовский приезжал в осажденный Севастополь и создал ряд картин, отражающих различные моменты обороны города, кроме того, художник написал две картины «Буря под Евпаторией» и «Буря под Балаклавой», во время которой погибло много английских кораблей и среди них легендарный «Черный принц». Последние картины, хотя и связаны тематически с Крымской войной, по существу являлись изображением бурного моря. И это не случайно. Все творчество художника в основном посвящено морю. Какой бы сюжет ни лежал в основе произведений живописца, он почти всегда стремился связать его с морем.

1-2

Предыдущая глава


 
   
 

При перепечатке материалов сайта необходимо размещение ссылки «Айвазовский Иван Константинович. Сайт художника»