Айвазовский Иван Константинович

Сайт о жизни и творчестве художника

 
   
 

VI. Снова в Феодосии. Страница 2

1-2-3-4-5-6-7-8-9

По архитектурному и декоративному оформлению дом построен в духе итальянских ренессансных вилл и назывался в Феодосии виллой Айвазовского.

На балконах дома стоят мраморные и керамиковые статуи, вывезенные из Италии; в нишах — мраморные статуи Венеры и Аполлона, а на кронштейнах — керамиковые аллегорические статуи, символизирующие четыре искусства1.

Айвазовский обычно привозил из путешествий для украшения своего дома различные скульптуры. Большей частью это были добротной работы садовые статуи, копии с произведений античных мастеров, а иногда и подлинные античные изваяния. Однажды он привез три античных мраморных надгробия, которые передал в археологический музей, одно из них прекрасной работы V века до нашей эры.

На парапетах крыши дома были установлены большие бюсты — слепки с античных скульптур Венеры Милосской, Геры, Геркулеса и другие. На барьере балкона над парадным входом в дом стоят два керамиковых грифона. На одном из балконов, выходивших к морю, Айвазовский соорудил фонтан, подобный бахчисарайскому фонтану слез.

Дом с одной стороны был ограничен берегом моря (в настоящее время — проспект Ленина), а с другой — руслом пересыхающей, быстро текущей во время дождей горной речки, превращенным в 80-х годах в Галлерейную улицу. Ничто не стесняло Айвазовского в планировании усадьбы. Часть ограды у главного фасада он вынес вперед, и за ней были посажены цветы, а посредине стоял небольшой мраморный фонтан. Этот цветник примыкал и сообщался со столовой, расположенной в нижнем этаже дома.

Постройкой дома в Феодосии и намерением поселиться там Айвазовский вызвал недовольство Николая I. Сначала он пытался повлиять на Айвазовского, предсказывая ему, что в «глуши» художник обленится, бросит работать, загубит свое дарование. Видя, что Айвазовский не поддается на уговоры, царь с досадой сказал: «Сколько волка ни корми он все в лес смотрит», — и оставил его в покое.

Айвазовский не хотел ни приблизиться ко двору, ни заискивать перец официальными кругами. Но, вернувшись из заграничной командировки в Петербург, он сумел восстановить и расширить свои связи с лучшими представителями передовой части русского общества и навсегда сохранил их.

Живя в Феодосии, в течение одного 1846 года Айвазовский создал двадцать семь картин. Многие из них написаны под впечатлением недавней поездки в Константинополь и плавания у берегов Малой Азии и Архипелага. Тогда же он написал заказанные ему виды Севастополя, Феодосии, Керчи и Одессы.

Первый вариант картины «Вид Одессы» находится в Русском музее.

Но поздно. Тихо спит Одесса.
И бездыханна и тепла
Немая ночь. Луна взошла.
Прозрачно-легкая завеса
Объем лет небо. Все молчит;
Лишь море Черное шумит...2

Этим строкам Пушкина отвечает живописный образ многих лунных ночей, созданных Айвазовским. Луна взошла и сквозь легкие облака озарила мягким светом городские постройки Одессы, корабли, стоящие у дальних причалов, и безбрежную даль моря. Навстречу поднявшейся луне идет трехмачтовый военный корабль. Лунный свет дрожит и искрится в волнах.

Эффекты лунного света, самую луну, окруженную легкими, прозрачными облаками или проглянувшую сквозь разорванные ветром тучи, Айвазовский умел изображать с иллюзорной точностью.

В ночных маринах художник с предельной правдивостью умел передать внешнее видимое состояние природы — искрящийся блеск лунного света на легкой зыби или ослепительно сияющую лунную дорожку на штилевом море. В этих «тихих» вещах он какими-то неуловимыми средствами умел передать и грандиозные перспективы необъятных далей и ощущение ночного покоя, усиленного едва уловимыми шорохами набегающей сонной волны.

К таким картинам относится «Георгиевский монастырь» (1846). Мрачные темные скалы встают из моря. На обрывистой горе видны постройки монастыря. Вдали, в туманной мгле, прорисовывается мыс Фиолент. Над горой поднимается полная золотая луна. Ее свет отражен в легкой морской зыби. На переднем плане он рассыпался золотыми искрами, которые по мере удаления сливаются в сплошную золотистую лунную дорожку.

Сюжет картины очень прост. Все очарование ее таится в той неуловимой легкости и точности, с какой передана игра лунного света в воде и в легких облаках.

Разнообразие изобразительных средств Айвазовский умело сочетал с блестящим мастерством выполнения каргин. Но не только этими чертами сильно воздействие его искусства. Айвазовский был наделен даром поэтического мышления. Он никогда не останавливался на точном воспроизведении картин природы. Он умело расширял сюжетные границы своих произведений.

Глядя на его картину «Георгиевский монастырь», мы прежде всего поддаемся очарованию теплой южной ночи, игре лунного блеска на море. Мы сначала не замечаем скалистого берега, окутанного тенью, отвесно падающего в морскую бездну. Он написан для того, чтобы усилить лунный блеск на воде, но вместе с тем его изображение намечает вторую, побочную сюжетную тему.

В левой части картины значительное место занимают мрачные скалы. Глубокая тень от них ложится на воду. Здесь мы едва различаем движение морской зыби. Она скрыта тенью, падающей от скал на воду. Здесь море не блещет, не искрится, художник едва показал его, чуть наметив кромку пены у подножия скал. Но этот намек будит в нас иной образ, говорящий о другом состоянии моря: «Все молчит; лишь море Черное шумит...»

Так иногда Айвазовский, изображая ясный летний вечер на берегу моря, когда небо и дальние горы озарены последними лучами солнца, поставит на дальней прибрежной скале крест — знак бывшего здесь кораблекрушения.

В поэтическом замысле картины «Георгиевский монастырь» есть черты, роднящие его с образом ночной Одессы, созданным Пушкиным.

Движение морской зыби не поддается точному разложению. Айвазовскому удавалось благодаря острому чутью улавливать его и передавать живой, быстрой кистью с неподражаемой правдивостью.

Прелесть этой и многих других подобных картин — в неповторимости быстротекущих эффектов освещения, не поддающихся воспроизведению не только с натуры, но даже и при копировании подобных картин.

В том же 1846 году Айвазовский написал ряд батальных картин (морские битвы при Ревеле, Выборге, Красной Горке, два варианта битвы при Чесме), «Гибель фрегата «Нигерманланд» и огромную картину «Петр I при Красной Горке, зажигающий костер на берегу для подачи сигнала гибнущим своим судам». Это была первая большая группа картин на темы, связанные с историей флота, созданная Айвазовским.

Три раза изображал Айвазовский создателя русского флота Петра I. Первый раз он написал картину «Петр I при Красной Горке, зажигающий костер на берегу...», изобразив исторический факт. 31 августа 1714 года Балтийский флот был застигнут в Финском заливе сильным штормом. Кораблям грозила гибель, волны перекатывались через палубу, ветер ломал мачты и рвал паруса. В эту страшную ночь Петр I проявил необыкновенное мужество. На шлюпке, с одним матросом он добрался до берега и велел разжечь костер, чтобы указать путь кораблям и ободрить их экипажи. В картине показана страшная гроза: вспышки молний озаряют корабли, терпящие бедствие, черные тучи на небе и бурное море. На переднем плане, на скалистом берегу, Петр распоряжается подачей сигналов3.


1 Длительное время считалось, что дом и мастерскую Айвазовский построил в 1845 году. Основанием этому послужила статья Кукольника в 1846 году о том, что Айвазовский строит дом в Феодосии. Никаких других указаний на дату постройки пока не обнаружено. Но, судя по тому, что в 1846 году он, устраивая большой праздник в Феодосии в связи с выставкой своих картин и десятилетием творчества, устраивает их в других помещениях (выставку — в доме К.С. Потемкина, а праздник — на даче генерала Котляревского), надо полагать, что и в 1846 году этот дом еще не был построен. Наиболее вероятной датой постройки феодосийского дома и мастерской следует считать 1848 год, так как в письме к неизвестному лицу, сообщая о своей женитьбе, Айвазовский пишет, что 5 или 10 августа выезжает в Крым на постоянное жительство.
2 А.С. Пушкин, Полное собрание сочинений, т. 3, М., изд-во «Правда», стр. 160.
3 Картина находится в Русском музее, небольшой вариант ее — в коллекции Л.А. Руслановой. Третий вариант, написанный в 1899 году, был в 1926 году в Центральном музейном фонде в Москве.

1-2-3-4-5-6-7-8-9


 
   
 

При перепечатке материалов сайта необходимо размещение ссылки «Айвазовский Иван Константинович. Сайт художника»